Николай Ильич Куриленко – кандидат физико-математических наук, доцент, автор более 100 научных публикаций и около 20 методических пособий. Имеет три патента на изобретение и несколько патентов на полезную модель. С 2001 года является государственным экспертом в области газоснабжения. Сфера научных интересов: разработка малоэнергоемких ресурсосберегающих систем обогрева производственных зданий на базе газовых инфракрасных излучателей. Подготовил пять кандидатов наук, сейчас готовит к защите диссертации очередного аспиранта. Почетный работник высшего профессионального образования РФ. Ветеран ТИУ.

Я окончил механико-математический факультет Томского государственного университета и в 1971 году по распределению приехал на работу в Тюменский инженерно-строительный институт. Преподавал сопротивление материалов, теорию упругости, высшую математику, но основной дисциплиной было программирование в инженерно-экономических расчетах. Тогда все это только начиналось, специалистов в Тюмени было мало. Сначала работал ассистентом, потом, по совместительству, начальником отдела программирования.

В конце 1970-х решил уйти на производство, так как у меня уже было двое детей. Работал на стройке прорабом, главным инженером, начальником строительного управления. В 1985 году меня пригласили в Тюменский филиал Сибирского отделения Российской академии наук. Сначала в Институт проблем освоения Севера, потом в Институт механики многофазных систем, который возглавлял академик РАН Роберт Искандерович Нигматулин. Там я защитил кандидатскую диссертацию, работал ученым секретарем института и ученым секретарем докторского ученого совета в госуниверситете.

В 1995 году, так случилось, в ТюмИСИ нужно было временно заменить человека, который преподавал газоснабжение. Обратились за помощью к Р. И. Нигматулину, он попросил меня полгода поработать, пока найдут нового преподавателя. Так я и остался на кафедре теплогазоснабжения. В 2016 году после объединения ТюмГАСУ и Нефтегазового университета я оказался сотрудником Тюменского индустриального университета. 

Будучи студентами, мы изначально готовились либо работать в научно-исследовательских институтах, либо преподавать в вузах. Хотя распределить нас могли куда угодно. Меня, допустим, первоначально направили в обсерваторию, на станцию слежения за искусственными спутниками Земли в Томске. А потом приехали представители только что открытого в Тюмени строительного института и четырех человек пригласили на работу. Мы согласились, потому что нам сразу же предоставили квартиру. Тогда, для сравнения, в Томске по несколько кандидатов наук жили в одной комнате в общежитии, а тут – сразу квартира.

Мне кажется, в те годы мало кто выбирал сознательно. Я родом из-под Краснодара, вырос в большой казачьей станице с 20-тысячным населением. Практически 90% моего выпуска остались работать в станице, а мне хотелось уехать, хотя навыки рабочие у меня были: и комбайнером мог быть, и трактористом – многое умел. Учился я неплохо, захотелось поступить в вуз. На вступительные экзамены в Томск я опоздал, поэтому первый год работал на заводе. Познакомился с девушками, а они оказались студентками. Я помогал им решать задачки, у меня это хорошо получалось, они и посоветовали: «Поступай на мехмат». Я пошел, подал документы, сдал экзамены и был зачислен в Томский государственный университет. Параллельно с учебой занимался бальными танцами. Там я познакомился со своей будущей женой – Еленой Юрьевной, на 4 курсе мы с ней поженились. Так что в Тюмень приехали уже вместе с сыном. Кстати, потом во время работы в ТюмИСИ я на протяжении пяти лет руководил областным ансамблем бального танца «Экситон», танцевал сам, стал лауреатом всероссийского конкурса.

Тогда Тюмень не зря называли «столицей деревень». Нам дали квартиру на улице Пермякова в районе КПД. Это были последние здания в городе, за ними уже начиналось поле, где охотники уток стреляли. На работу едешь – надеваешь сапоги резиновые, приезжаешь в вуз – переобуваешься. Тюмень современная и Тюмень 1970-х – это небо и земля. Но, тем не менее, в Томске в те годы была голодуха, магазины пустые, нормально поесть можно было только в студенческой столовой. А здесь заходишь в магазин «Горизонт», а там изобилие, осетровые головы лежат. Мы даже представить себе не могли, что где-то такое возможно. Правда, через несколько лет это закончилось. Но мы ни разу в жизни не пожалели о том, что приехали сюда.

У меня хорошо получалось совмещать преподавание и научную деятельность: были публикации, я руководил работой аспирантов. Но мое мнение такое: человек должен либо хорошо преподавать, либо заниматься научной деятельностью. Дело в том, что не каждый ученый сможет быть хорошим преподавателем, и наоборот.

В данный момент круг моих научных интересов – это отопление с помощью газовых инфракрасных излучателей, то есть рациональное использование природного газа. Такие приборы для обогрева рабочих зон появились у нас в 1996 году. Я уже что-то об этом знал, и когда их привезли в «Газпром», меня пригласили поработать, так сказать, рассказывающим экскурсоводом. То есть оборудование поступало, но мало кто понимал, как оно работает. Я принимал от имени «Газпрома» делегации специалистов со всей страны, рассказывал им, показывал. Это мне очень пригодилось в преподавательской и научной работе по газоснабжению, потому что никакой информации, никакой литературы в то время по этой теме не было. Позже, благодаря моей инициативе, появилась лаборатория газоснабжения в вузе. Я этой темой последовательно занимаюсь. У меня сейчас шестой аспирант. Пятеро уже защитились, и из них трое занимались именно излучателями.

Наверное, не очень популярна. Даже наш президент обратил на это внимание. В советское время и ученые, и преподаватели много не зарабатывали. Я не имею в виду академиков. Научно-исследовательская работа, особенно на первых порах, никаких дивидендов не приносит, а молодым людям нужно заводить семьи, на что-то жить. Моральное удовлетворение – да. Но в основном это работа на будущее.

Я считаю, что хороший преподаватель мало того, что должен знать курс, он должен донести до студента свое понимание, чтобы студент понимал материал так же, как и ты. Главное – не заучить, не вызубрить, это не школа. Хороший специалист, инженер должен понимать, что он делает, знать принцип действия. В книжку заглянуть всегда можно, но нужно знать, в какую именно. Вот этому и нужно учить. Я считаю, что именно этой способностью должен обладать преподаватель. Он должен читать, интересоваться результатами научных исследований и внедрением этих результатов в свою область, и, если только есть такая возможность, заниматься научными исследованиями. Это совсем другая работа.

Просто я всю жизнь занимался спортом. Спорт для меня – нормальный образ жизни. Когда был моложе, играл в волейбол, баскетбол. Постарше стал – настольный теннис, дартс. Сейчас увлекся парусным спортом. Один раз меня сын пригласил поучаствовать в гонках. Мне понравилось. В прошлом году регата проходила в Турции, в этом году в Черногории. В нашей команде обычно человек 70-80 из России приезжает. Фрахтуем лодки, по 8-10 человек на лодку и устраиваем соревнования. Таких возрастных участников обычно нет, но меня приглашают. У каждого в команде своя функция, я в этом году был в стаксель шкотовой команде. Стаксель это один из трех парусов яхты, есть еще грот и генакер. Они работают в связке, обеспечивая движение судна в разных погодных условиях. Шкипер командует, мы выполняем. Вот так недельку погоняешь, устанешь и домой. Тут и отдых, и соревновательный азарт, и все на свете.

Знаете, когда человек доживает лет до 70, появляется желание еще год прожить, потом еще год. Но не просто просуществовать, а именно прожить. И вот это тоже своего рода азарт. У поэта Андрея Дементьева есть такие стихи:

Интервью публикуется в рамках мероприятий Десятилетия науки и технологий в России.